Vitamins, Supplements, Sport Nutrition & Natural Health Products, Europe

Глава 2

— Мам, смотри, какое облачко! Как хорек!

Маленькая хорьчиха на пригорке оторвалась от куста черники и остановилась, задрав мордочку кверху.

— Видишь? Настоящий хорек. Тянется к чему‑то. Смотри, вот у него носик! А вот лапки тянутся…

Хорьчиха‑мама посмотрела.

— Да, Табита. Очень красивый хорек. Давай‑ка поглядим, во что он превратится…

Мама и дочка уселись на траву, поставив рядышком корзинку, и стали смотреть на большое пухлое облако. Время от времени они наклонялись к корзинке и выбирали себе ягодку‑другую.

— Почему оно не меняется?

— Подожди. Ветер подует — оно и растает.

Они подождали еще. Другие облака менялись и таяли у них на глазах, но это оставалось неподвижным.

— Знаешь, что это значит, Табби? Знаешь, что значит, когда облачный хорек не меняет формы?

— Не‑а.

— Говорят, если облако в виде хорька висит неподвижно и не меняется, это значит, что внутри него собрались ангелы‑хорьки. Воздушные эльфы. Пока собрание не закончится, облако не исчезнет.

— О‑о‑о! — протянула маленькая хорьчиха. — Но это же просто сказка, да? Или нет?

— Может, и сказка, — согласилась мать. — Но разве это не странно? Почему оно не меняется?

— Тише, пожалуйста! — повторил Таминдер, вытягиваясь во весь рост перед собранием. — Неужели так трудно соблюдать тишину?

Дюжина вертолетиков, припаркованных к облаку снаружи, переливались всеми красками утренней зари. Их пилоты, ангелы‑хорьки, каждый ростом с подушечку хоречьей лапы, столпились внутри, в ослепительно‑белом инструктажном зале. Все говорили одновременно и слушали кого угодно, только не Таминдера.

— Если вы хоть на минуту успокоитесь, я буду очень признателен! — Таминдер вздохнул. Что поделаешь?.. Все‑таки первоклассные пилоты, все до единого. Иначе бы их просто здесь не было. Бесстрашные, изобретательные, находчивые. Все — добровольцы. Кому, как не им, вершить судьбы хорьков?

Но в этот момент элитную опергруппу приключения минувших дней интересовали гораздо больше, чем то, что ожидало их впереди.

— Хорек Паркер чуть было не прошел мимо Симуны. Он шел, задумавшись, и совсем ее не замечал. Только представь себе! Их ангелы‑хранители чуть с ума не сошли! А ни одного эльфа, кроме меня, поблизости не случилось. Вот они на меня и набросились: «Помоги, Павлин!» И знаешь, что я сделал?

— Ты пощекотал у нее в носу, и она чихнула, — предположил Гавейн. — Нет. Ты заставил бабочку сесть ей на плечо. Так бы поступил я. А Паркер увидел бабочку и, вместо того чтобы пройти мимо, спросил: «Как вам это удается?» Ну, что? Угадал я?

— Нет, — сказал Павлин. — Я пощекотал у нее в носу.

— О‑о‑о… Ну и как, сработало?

— Само собой. Но с бабочкой ты здорово придумал…

Будьте же так добры, уделите мне внимание!

Тихо в зале не стало, но в большинстве своем пилоты все‑таки усовестились и перешли на шепот. Таминдер ткнул лапой в облачную стену, и тотчас же на ней появилось изображение молодой хорьчихи: белоснежная шубка с черными пятнами, пилотка и летчицкий шарф. Из толщи облака донесся приглушенный рокот двигателей.

На несколько секунд Таминдер замер перед этой картиной. Как же много времени прошло… Как она выросла…

И вдруг до него дошло, что в зале воцарилась тишина.

— Спасибо, — сказал Таминдер. — Это Дженина. Но все называют ее Шторми.

— Какая хорошенькая!

Таминдер помедлил с ответом. Взглянуть на Шторми с такой точки зрения ему еще не приходило в голову.

— Гм‑м… Да, красивая хорьчиха.

Он прочистил горло.

— Итак, уважаемые эльфы, это — не учебное задание. Это вмешательство третьей степени. Кодовое название — операция «Ночное кафе».

По залу прокатился шорох: пилоты раскрыли тетради и приготовились записывать задание.

— А что остальные? Провалились?

— Все до единого.

Если бы в этот момент на пол облачного зала упала снежинка, ее, наверное, услышали бы все собравшиеся. Но вместо этого снаружи вдруг донеслось знакомое дук‑дук‑дук‑дук‑дук крошечных вертолетных лопастей. Спустя мгновение вновь стало тихо. В зал вошел еще один ангел‑хорек — новичок, совсем недавно из смертных.

— Извините за опоздание.

— Добро пожаловать, Бакстер, — кивнул Таминдер.

— Перепутал облако, — пробормотал опоздавший и уселся на облачный пол среди других пилотов.

— Операция «Ночное кафе», — повторил шеф‑хорек специально для Бакстера. — Ее зовут Шторми.

Рядом с первым изображением появилось еще одно — хорек‑пилот постарше годами, ореховой масти. Как и Шторми, он сидел за штурвалом самолета.

— Это Строуб, — сообщил Таминдер. — Сразу же должен предупредить вас… Оба… гм‑м… совершенно непреклонны.

Бросив еще один взгляд на картинки, он повернулся к собранию пилотов.

— Разумеется, Строуб и Шторми устремлены к высоким идеалам. Все мы таковы. Но эти двое преданы своему делу особо. Они, можно сказать, упорны, как не знаю что. Упрямы, можно сказать. Я бы даже сказал, настырны .

Пилоты беспокойно заерзали. Когда‑то, давным‑давно, они ведь и сами были смертными. И далеко не всегда прислушивались к тонким намекам своей судьбы.

Но Бакстер, только‑только покинувший стены Ангельской школы эльфов‑хорьков, остался невозмутим.

«Чему быть, того не миновать, — думал он. — Ничего непоправимого не бывает. В конце концов все оборачивается к лучшему».

— Они должны встретиться, — провозгласил Таминдер.

Опоздавший пилот поднял лапу.

— Что вам, Бакстер?

— Простите, сэр, а разве параллельных миров нет? Даже если Шторми и Строуб не встретятся в этом мире, то разве они не…

— Параллельные миры, конечно, есть, — согласился Таминдер, про себя подумав: «Какой типичный вопрос для новичка!» — Но высшее чувство справедливости предписывает нам выразить полную меру любви в нашем мире — и помочь в этом другим. Параллельные миры сами о себе позаботятся.

Бакстер кивнул и принялся разглядывать изображения. Красавца Строуба он прежде не встречал. Но в Шторми было что‑то ужасно знакомое… Где же он ее видел? Со времен жизни на Земле Бакстер сохранил хорошую память на лица… Определенно, он где‑то уже встречал эту хорьчиху!

— Их ангелы‑хранители обратились к нам за помощью, — продолжал Таминдер. — Если Строуб и Шторми встретят друг друга, то… гм‑м… то для многих других хорьков мир изменится к лучшему. Но в нашем временном потоке это последний шанс. Если они его упустят, то не встретятся никогда.

Выдержав паузу, он потянулся за лазерной указкой.

— Будьте так добры, дайте карту.

Сей же миг на облачной стене проступила аэронавигационная карта. Таминдер поднял указку, и по карте заскользило красное пятнышко.

— Шторми полетит на юг, вот здесь, по трассе «Вик‑тор‑23». Она — пилот компании «Авиахорьки». Летит на «ХЛи‑4» из Сиэтла в Салинас. Груз — продовольствие для хорьков и мячи‑погремушки.

По залу прокатился ропот одобрения. Четырехмоторный хоречий «Ли‑4» — самый лучший грузовой самолет! Многим из присутствующих в этом зале доводилось в свое время летать на нем, а тот, кому пришлось полетать на славном, надежном самолете, никогда об этом не забудет.

Точка света вновь скользнула по карте.

— А на север по «Виктор‑23» полетит Строуб.

Эльфы подались вперед: драма развивалась у них на глазах, и они уже начинали понимать, какая им отведена в ней роль.

— Строуб — шеф‑пилот компании «Пуш‑ТВ». Это, как вам известно, корпорация Хорька Стилтона. Он доверяет Строубу беспредельно. Они старые друзья. Стилтон, когда летает сам, всегда берет Строуба первым пилотом. Он — летчик что надо. Среди смертных лучше не сыскать.

Эльфы закивали, в мыслях уже погрузившись в детали задания. Это вам не щенячья игра. Это вмешательство третьей степени.

— Сегодня ночью Строуб полетит один. Ему поручено перегнать «Хорь‑PC» обратно в Медфорд с авиационной выставки в Лос‑Анджелесе. Между прочим, многие щенки, побывавшие в кабине Строуба, решили стать летчиками.

Один из слушателей поднял лапу.

— Да, Бейли? — откликнулся шеф.

— Не сочтите за неуважение, сэр, но… не вижу способа, как заставить их встретиться…

— …ведь «Хорь‑PC» летит на большой высоте, а Шторми — низко?

— Да, сэр.

Вопрос напрашивался сам собой.

— Кое в чем нам повезло. Ангел‑техник Москит запустил цепную реакцию.

Эльфы переглянулись. Приятная новость!

— Первое звено — усталость металла, — уточнил Таминдер. — Москит обнаружил разболтанный шток в системе герметизации пилотской кабины «Хорь‑РС». Он его еще чуток покорежил… Короче, сразу после взлета пружина ослабнет, и клапан откроется.

— Отличная работа, — закивали эльфы. — Молодец, Москит…

— Второе звено — сам Строуб. Многим другим пилотам с выставки понадобился кислород, и Строуб решил не пополнять свои запасы. Зачем тебе кислород, если кабина герметична?

Эльфы заулыбались.

— Но при разгерметизации и без кислорода капитан Строуб…

— …будет вынужден лететь низко, — хором подхватили эльфы.

Таминдер кивнул.

— А погода? — спросил кто‑то из заднего ряда.

— Увы, — сказал Таминдер. — Погода прекрасная.

Бакстер поднял лапу:

— Прошу прощения…

Таминдер повернулся к новичку.

— Я насчет Шторми, сэр. Я с ней никогда не встречался, но что‑то в ней мне знакомо. Трудно объяснить, но я… Вы понимаете, о чем я?

Шеф кивнул.

— Шторми — Колумбина.

Пилот был озадачен.

— Она из Семьи Колумбии, — пояснил Таминдер. — Разве вам не рассказывали об истинных Семьях?

— А‑а‑а! — Бакстер просиял. — Конечно, рассказывали, сэр.

— Шторми — Колумбина, как и… полагаю, как и твоя внучка Уиллоу.

Эльф разинул рот от изумления. Шторми — из одной Семьи с Уиллоу? Ну конечно! Тот же блеск в глазах, то же выражение на мордочке — «узнать больше, больше, больше! во что бы то ни стало!». Не зря дедушка Бакстер и бабушка Дафна засыпали внучку игрушками и головоломками! Но теперь Уиллоу тоскует по дедушке… И нет никакой возможности достучаться до нее и объяснить, что с ним все в порядке!

— …часть нашего плана, — продолжал тем временем шеф. — Если нам это удастся, если Шторми встретится со Строубом, то какое‑то время спустя она встретится и с Уиллоу. Позже, когда Уиллоу уже станет Учителем. Обе они Колумбины, а ведь это такая редкость! Они связаны творческими узами, благодаря чему…

— Что?! Моя Уиллоу станет Учителем?

— А разве вы не знали?

— И Шторми сыграет важную роль в ее судьбе?

Таминдер пожал плечами.

— Разумеется. И не только в судьбе Уиллоу. Если Шторми встретится со Строубом, изменятся тысячи судеб…

Бакстер вскочил, приподнялся на цыпочки и воскликнул, обращаясь сразу ко всему собранию:

— Но, если проблема только в погоде, неужели мы ничего не можем предпринять?

Гаминдер нахмурился.

— Великие дерзания, Бакстер, — признак возвышенного духа. А теперь не будете ли вы так любезны сесть на место?

— Итак… — он повернулся к карте, — …посмотрим, к чему мы пришли. Вот аэропорт Реддинга — почти на самой трассе, сразу к югу за горами Сискью. Если оба они изменят маршрут и сядут в Реддинге одновременно, то встретятся наверняка.

Эльфы с сомнением покачали головами. Чтобы два смертных летчика, да еще таких упрямца, одновременно прервали полет и сели в Реддинге? Трудно себе представить.

— Если бы это было легко, ангелы‑хранители не обратились бы к нам за помощью, — напомнил Таминдер. — Так‑то, уважаемые эльфы. Не забывайте, что мы — профессионалы. Случайные совпадения — наша работа.

Это помогло. Все пушистое собрание разом исполнилось решимости.

— Москит, вы у нас главный по погоде. Сможете обеспечить сильную турбулентность, чтобы Шторми передумала лететь прямиком в Салинас?

— Над Сискью? На энергии от вихря Шасты? Да за милую душу, шеф! Хоть с завязанными глазами. Хоть по лапам и хвосту меня свяжите! Плевое дело!

Такую работу Москит просто обожал. Что может быть лучше закулисных делишек? Москит души не чаял в паролях и шифрах, в особых секретах аэронавтики и в собственной тайной власти над миром смертных.

Но Таминдер даже не улыбнулся.

— Не забывайте о том, как ее прозвали, — проворчал он. — Перед непогодой Хорьчиха Шторми не отступала еще никогда. Никогда! Пассажиров у нее нет, а значит, беспокоиться будет не о чем — разве что о грузе да самой себе.

— В горах Сискью бури — не такая уж и редкость. Сильные бури, сэр.

— Благодарю вас, Москит. Кодовое имя прежнее — Сосновая Шишка?

— Нет, сэр. Для этого задания я беру новое имя. Гусиный Клюв.

Обзавестись безграничным терпением Таминдер успел еще за то время, пока поднимался вверх по служебной лестнице до своего нынешнего поста.

— Благодарю вас, Гусиный Клюв.

Таминдер передвинул красную точку указки ниже, к югу.

— А здесь — самый трудный участок. Нам понадобится еще одна буря — над Сакраменто. Очень сильная буря. Нужно, чтобы эти двое застряли, так сказать, между двух огней. Чтобы приземлиться было невозможно нигде, кроме Реддинга.

— А в Реддинге — кафе «Мэй», — встрял кто‑то из слушателей.

Таминдер кивнул. Интересно, есть ли на свете хоть один аэропорт без кафе «Мэй» для хорьков‑пилотов?

— Чтобы организовать бурю над Сакраменто, понадобится целая команда.

Молчание.

— Это будет нелегко, — продолжал Таминдер. — От природы помощи не ждите. Туманы над Сакраменто бывают часто. А вот свирепые бури — увы…

Эльфы молча обдумывали проблему.

— Я это сделаю, сэр! — Бакстер снова вскочил.

Шеф‑хорек воздушных эльфов едва заметно улыбнулся.

— Спасибо, Бакстер. Желание потрудиться — это очень важно. Но одного желания недостаточно. Требуется еще мастерство, а вы им не владеете. Пока что.

— Позвольте предложение, сэр? — поднялся Москит.

— Слушаю вас, Гусиный Клюв.

— Пожалуй, с Сакраменто я управлюсь, сэр. Я знаю как! Если я достаточно быстро соберу бурю над хребтом Сьерры, горы ее остановят и вытеснят к западу. Единственное направление, в котором она сможет двинуться, — прямо по трассе «Виктор‑23».

Чувствовалось, что Москит старается убедить не столько шефа, сколько себя самого.

— Энергию можно будет взять из вихря над озером Тахо… или из другого, над Полукуполом… Почему бы вам, сэр, не послать Бакстера в Сискью вместо меня? Его внучка — Колумбина, а значит, и Шторми для него — открытая книга. А Ловкач и Шустрик помогут ему состряпать бурю. Им это раз плюнуть. Бакстер только скажет им, когда остановиться, чтобы ее самолет не разнесло на куски.

Ловкач вовсе не был так уверен в своих силах. Все‑таки вмешательство третьей степени… Но после слов Москита он уже не мог пойти на попятную. Он бросил вопросительный взгляд на напарника. Шустрик кивнул, что должно было означать: «Если ты сможешь, то и я не подведу».

— Сделаем, — довольно бодро заявил Ловкач.

Таминдер кивнул.

— Спасибо, уважаемые эльфы. Шторми и Строуб войдут в зону вмешательства около двух пополуночи. Напоминаю, что это — наш последний шанс. Если мы оплошаем, они не встретятся никогда. Эстер, назначаю вас старшей по энергоснабжению. Ваша команда сможет организовать ось…

Он запнулся и напряженно задумался.

— Нет, не ось, Эстер. Устройте треугольник. Задействуем вихри Шасты, Тахо и… Иосемита.

Из заднего ряда поднялась угольно‑черная, очень эффектная хорьчиха.

— Все три вихря, сэр? Но это же очень много энергии…

— Нам она понадобится. Нужно организовать две мощные бури. Если мы не дотянем, Шторми полетит прямиком до места назначения. И Строуб, вероятно, тоже.

— Да, сэр.

— Еще вопросы есть? — обратился Таминдер к собранию.

Все молчали, но у всех на уме было одно: «Энергия от Шасты и Тахо… м‑да‑а‑а… и от Иосемита ?!»

— Что ж, замечательно. Не забывайте, что их ангелы на нас рассчитывают. Вся техника в вашем распоряжении, уважаемые эльфы. Приступайте.

Ягоды почти кончились — только на дне корзинки оставалось еще несколько штук.

— Хорек тает!

Мама‑хорьчиха взглянула на небо.

— Табита, детка! А ведь и правда!

Пухлое облако медленно меняло очертания, превращаясь в лебедя.

— А теперь на что оно похоже? А, Табби?

— Ни на что.

Белоснежная мордочка маленькой хорьчихи окрасшщоь в цвет черники.

— А что это значит? Ангелы‑хорьки улетели?